В пылу сражений на футбольных полях много чего происходит. В первую очередь, конечно, нас всех интересуют очки, голы, судейские ошибки, но это, к сожалению, далеко не все, чем жив футбол. К сожалению потому, что игроков повсеместно преследуют травмы. Каждый день мы читаем о том, что у кого-то «полетел» мениск, кто-то перенес операцию на паховых кольцах, а кому-то совсем не повезло, и случился разрыв крестообразных связок. Конечно, мы сочувствуем магистрам кожаного снаряда, желаем им здоровья, но зачастую толком и не представляем насколько все это тяжело и что предстоит пережить в ближайшем будущем тем, за кого болеем всей душой.

Именно наша почти полная непросвещенность в плане медицинском (и это несмотря на то, что бытует мнение о том, что наш человек почти профессионально разбирается в политике, медицине, футболе и воспитании детей) и дала толчок к появлению серии материалов, главными героями в которых станут врачи команд. Сегодняшняя публикация, как мы верим, всего лишь первая ласточка в этом направлении. Специалисты, в чьих умелых руках находятся российские футболисты, поделятся с нами своими секретами и рекомендациями, которые смогут использовать в обычной жизни не только сами футболисты, но и обыватели. Они прольют свет на то, чем чревата для здоровья народная игра № 1. Однако, несмотря на нашу уверенность в квалификации тех, с кем нам предстоит побеседовать, OneDivision.ru предупреждает: все советы можно принимать к сведению, но если вас постигнет травма, то, не раздумывая, обращайтесь к врачу напрямую, ведь каждый случай индивидуален, и только специалист может дать лично вам рекомендации к лечению.

Итак, первая беседа состоялась у нас с врачом ФК «Химки» Константином Моденовым. Этот специалист пришел в футбол из военной медицины – до 2000 года в течение 22 лет он отвечал за здоровье летного состава. Как он сам говорит, работа с летчиками и футболистами практически не отличается, разве что при работе с первыми ответственности больше – цена ошибки намного выше. А так, в целом, что касается отбора и всего остального, футболисты и пилоты равны между собой.

Уйдя в запас в звании подполковника, Константин Сергеевич оказался в команде «Академика» – экспериментальном футбольном коллективе, который возглавлял его тезка – Константин Сергеевич Сарсания, а через 4 года они вместе начали работу в «Спортакадемклубе». Потом судьба свела его с «Химками», где Моденов провел сезон-2009, после которого, расставшись с коллективом на полгода, ему довелось снова вернуться в стан красно-черных в связи с уходом предыдущей медицинской бригады. Таким образом, общий стаж Константина Сергеевича в рядах футбольных команд на сегодняшний день составляет порядка 10 лет.

Как можно понять, лечить ни летчиков, ни футболистов никто не поставит человека без долженствующей статусу квалификации и опыта. Моденова можно в этом плане назвать специалистом широкого профиля – ему подвластны хирургия, терапия и неврология. Поэтому можно смело утверждать, что этот врач знает и о чем говорить, и от чего лечить.

Направляясь на встречу с Константином Сергеевичем, мы собирались поговорить об одной конкретной и страшной для многих футболистов травме – разрыве крестообразных связок, или крестов, как их обычно называют, но вместо этого получили намного больше информации, чем рассчитывали. Поэтому вашему вниманию сегодня представляем лишь первую часть беседы, в которой мы обсудили в первую очередь природу футбольных недугов.

- От чего больше всего страдают футболисты?
- На первом плане идет травматизм. В первую очередь, нижних конечностей. Весь этот аппарат: голеностоп, коленный сустав, мышечная система. Конечно, бывают такие травмы, как сотрясение головного мозга, были и вдавленные переломы, и многие другие. К примеру, у Михаила Комарова – нынешнего вратаря «Луча-Энергии» – был очень сложный вдавленный перелом верхней челюсти. Тогда пришлось хорошо потрудиться хирургу. На эти случаи у каждого врача есть и свои врачебные секреты, и свои медицинские учреждения, которым он уже доверяет за время своей работы.

- К вопросу об учреждениях (речь, конечно, идет в первую очередь о клиниках). Не секрет, что многие врачи команд широко практикуют отправку своих пациентов за границу, в частности, в Германию. Вы согласны с тем, что там уровень оказываемой помощи выше, чем у нас? Или это все-таки дань какой-то негласной моде?
- Я бы не сказал, что он выше, просто там выше дисциплина. Здесь, в России, можно что-то недоделать, а там все расписано по часам. Когда прооперированный игрок приезжает из-за границы, то у него на руках есть документы, согласно которым врач команды поминутно выдерживает его в реабилитационный период. Я много поездил за рубежом с «Академикой» и везде старался налаживать контакт с местными врачами, поэтому знаю, на каком уровне там медицина. Там все решает компьютер, и они ему доверяют, а у нас в России надеются на головной мозг.

- Что входит в обязанности врача команды?
- Все, что касается здоровья игрока. Кроме этого и подготовительный период, тренировочный процесс и, собственно, игра, а потом восстановление и, конечно же, нужно знать психологию игрока. Само собой, психологию должен знать и тренер – ведь они все у нас психологи, как вы знаете. Но тренер в идеале должен прислушиваться ко мнению врача.

- Травмы, полученные игроком во время матча – дело понятное. Там неконтролируемый процесс – все может произойти. Но как быть с травмами на тренировках? Ведь на них присутствует и тренерский штаб, и медицинская бригада, которые дозируют нагрузки. Как же все-таки подобное происходит?
- Вся система организма человека, хотим мы этого или нет, будут ли это признавать ученые или нет, находится под контролем головного мозга, о котором перед смертью сказала Наталья Бехтерева: «Мы ничего о нем не знаем». И чем больше мы будем углубляться в исследования, тем больше будет возникать вопросов. Сейчас ведутся исследования в отношении головного мозга – они очень интересны. К примеру, есть осознанные вещи, которые мы контролируем, а есть неосознанные. Вот пищеварение – неосознанное, но ведь оно контролируется?!

Клетка головного мозга представляет собой нейрон, и этой клетке необходима энергия, жидкость, микроэлементы, которые там крутятся-вертятся, создавая электрический потенциал и прочее. Эти клетки передают друг другу информацию при помощи электрических сигналов – от головного мозга к мышцам и так далее. Возникает, к примеру, сигнал, что нужно переместиться из точки А в точку В: пошла связь нейронов с мышечной системой, а потом она идет обратно – выполнено или не выполнено. Потом опять пошла связь и так далее. Все это – передача электрических сигналов, но она происходит не просто так по проводу, а от клетки к клетке. И вот когда в этом сигнале происходит сбой при его передаче, тогда и возникают все беды – что-то у нас в голове родилось, пошло, но не дошло. А мышца выполнила. Все это происходит неосознанно – мы это не можем контролировать. Вы сигнал подаете, что мышца должна сократиться – она сокращается, а сигнал запоздал или быстрее, чем надо, дошел. Почему это происходит, ученые сейчас изучают. Все это приводит к тому, что неправильно пошла рука, нога, мышца, поворот, и в результате – травма. Надрыв, микронадрыв, разрыв, крестообразные связки те же рвутся. И вот над этим сейчас ученые работают. Может быть, лет через 5-6 что-то прояснится. А вообще это вещь такая, неизученная, и чем дальше ты начинаешь в нее углубляться, тем больше у тебя возникает вопросов. О чем, собственно, Бехтерева и сказала.

Кроме того существуют и биологические ритмы. Есть и психологический, и интеллектуальный, и физический уровень. То, что солнце село или взошло – мы живем в этом мире, и никуда нам от этого не деться. Мы просто возомнили себя королями природы, а на самом деле мы ее составная часть, и подвержены ее ритму – мы целиком, и каждая наша клетка в отдельности. Поэтому физический ритм то на высоте, то опускается ниже, как солнце, которое то встало, то село. И я давно уже обратил внимание, что если физический уровень, а также интеллектуальный и эмоциональный находятся в нижней точке, то жди обязательно травмы. Либо игрок заболеет, либо будет травма – это однозначно. Я уже за 10-летний срок работы для себя это уяснил.

РАСЧЕТ БИОРИТМОВ (На примере экс-игрока "Нижнего Новгорода" Александра Тихоновецкого) 

- Как же определить, когда наступит та самая нижняя точка?
- Для этого существует обыкновенная программа, которую впервые предложили японские ученые. Она есть в общем доступе – даже здесь. (Моденов показывает диск под названием «Большая медицинская энциклопедия».) Но, конечно, это, можно сказать, так, для себя, так как это всего лишь один из факторов, влияющих на возникновение травмы. И для того, чтобы ее избежать, есть еще и работа врача со спортсменом для поддержания его в нужной форме: регулярный прием пищи, тренировки, укрепление, поддержание жидкостного баланса и так далее.

Кстати, вы знаете сколько жидкости мы должны потреблять? Какова норма человека? Тридцать миллилитров на килограмм веса чистой жидкости – воды, не считая соков и всего остального. А мы сколько потребляем? А футболисты сколько потребляют? Вот откуда все беды, вот почему мышцы отказываются работать. Если вы не попьете воды 3 дня, то как жить и работать будете? И мышца то же самое – она отказывается работать. Ведь легче сломать сухую ветку, чем ветку ивы, пропитанную водой – то же и с мышцей. Она рвется, ломается именно тогда, когда ей не хватает жидкости. Посмотрите: в конце матча постоянно все за ноги хватаются. Вот был случай такой: у одного футболиста свело ногу – сначала ему тянули ее игроки. Держат – не отпускает. Затем подбежали два врача: держат – опять не отпускает. А недалеко была бутылочка с водой, и пока он два-три глотка не сделал, легче ему не стало. Как только выпил – сразу ногу отпустило. Поэтому врач должен подготавливать игрока – насыщать его организм водой, чтобы он был готов к игре, ведь футболист еще и потеет. Не за час, не за два до игры, а раньше. Возьмите, к примеру, тот же допинг. Сколько игроки после игры в кабинетах допинг-контроля сидят? Часа по 3-4, а то и дольше. Врачи уже не знают чем из них пробы и выбить. Поэтому очень много есть разных факторов у травм. Один из них, я считаю, как раз неправильный прием жидкости. Ведь мы же на 70-80% состоим из воды, а сами берем и обезвоживаем себя. И что – после этого организм будет работать? Да не будет! Не будут электрические сигналы проходить, ведь они проходят тогда, когда между клетками есть определенное количество жидкости. От одного только недостатка воды импульс задерживается где-то, и система начинает тормозить, замыкаться, и вот, пожалуйста, вам – травма. Ну и нельзя о биоритмах забывать.

- Должен ли врач, в таком случае, предупреждать тренера о том, что какой-то футболист находится в определенный момент в нижней точке биоритма, или это вопрос, скажем, такой, «политический»?
- «Политический». Некоторые тренеры думают, что они все знают, а другие – прислушиваются. Взять, к примеру, Быкова и Захарова, которые в хоккее работают. Я лично с Захаровым не знаком, но знаю тех, кто с ним знаком хорошо. Так вот они рассказывают, что он ноу-хау хватает на лету. Ему стоит только рассказать, как он тут же постарается их применить. Кстати, могу еще рассказать об одной детали, если хотите.

- Хочу.
- Вот смотрите. Футбольная страна у нас большая, и команды летят с запада на восток или обратно. И тут возникает много неприятностей. Одни говорят, что надо пить чай в самолете, другие, что не надо. Одни говорят, что надо спать в самолете, другие, что не надо. Много разногласий, ведь этим, по сути, никто толком не занимался. А биоритмы наши вне зависимости от этого продолжают существовать – щелкают 24 часа, которые никто еще не отменял. Американские ученые провели эксперимент: они взяли 15-20 человек, изолировали их от солнца и посадили в подземелье с небольшим освещением на месяц. У них они брали анализы, проводили исследования на клеточном уровне и выяснили интересную вещь – у этих людей так называемые биологические часы, биологический ритм удлинялся с 24 где-то до 27,5 часов. А что это значит? Если изолировать человека от солнца, то ритм удлинится, ну и, соответственно, наоборот.

- То есть, чтобы футболисты чувствовали себя лучше при перелете на восток, необходимо вылетать туда ночью, а обратно вылетать днем?
- Совершенно верно! А по прилету на восток стараться изолировать игроков от солнца. За сутки биологический ритм можно удлинить где-то на полтора часа – этого будет вполне достаточно. Американцы это уже доказали, а когда у нас воспользуются этой информацией – неизвестно. Но рано или поздно, думаю, у нас ее примут на вооружение.

В свое время мы применили этот метод с Игорем Чугайновым в 2005 году, когда работали с ним на турнире Гранаткина в Москве с юношеской сборной. Тогда с командой работал он, Николай Савичев и я в качестве врача. Тогда я предложил следующее: команда встает в 8 утра, а в 22.00 ложится. На следующий день то же самое. А еще через день у нас, допустим, игра в 16.00. Так как мы поступали: команда живет в этом режиме с 8.00 до 22.00, а в день матча мы возьмем и поднимем ее не в 8 утра, а в 9. И смотрите, что произойдет: наш организм – очень умная, великолепная машина. Мы ему сдвигаем подъем на час, и он начинает работать, а солнышко идет, идет и вот скоро уже дело к закату... А наш организм привык определенное количество действий за день в секунду выполнять. Мы этого не замечаем, но он видит, что скоро ночь и как бы говорит себе: «Мне надо поскорее выполнять свои действия, свою работу». И что получается в итоге? Ускоряются те самые процессы «голова - мышца», и организм начинает работать быстрее. Конечно, я не говорю, что именно поэтому мы тогда турнир и выиграли, но это было предложено и явно не помешало. Ускоряются обменные процессы, все действия в единицу времени.

- И сколько дней понадобилось, чтобы так обмануть организм?
- Два дня хотя бы можно выдержать, а потом сдвинуть ритм. А потом опять вернуть к привычному. Да, мы обманываем организм, я согласен, ну а по-другому-то как?

Читайте во второй части: о пользе и вреде тейпирования, о разрыве крестообразных связок.

Продолжение следует…

Камила М. ИСКАКОВА, OneDivision.ru
Фото пресс-службы ФК «Химки»