– Как ты оказался в "Знамени труда" из Орехова-Зуева.

– Сначала мне позвонили из Благовещенска, предложили остаться, зарплату обещали такую же. Думаю, выбора нет, снова туда поеду. Уже взял билет. И тут мне звонит тренер Сергей Бондарь и предлагает перейти в "Знамя труда". Убедил тем, что видит меня основным вратарем, да и в зоне "Запад" проще быть на виду. Ладно, поехал в Орехово-Зуево. И вообще охерел.

– Почему?

– Когда я туда попал, реально понял, что жизнь куда-то не туда идет.

Прихожу к генеральному, а он, ухмыляясь: "Ну что, Миш, сколько у тебя там (в Благовещенске – прим.ред) зарплата была?". "Шестьдесят тысяч" – "Сколько?! Все, давай мы тебе двадцать тысяч зарплату ставим. Если сыграешь 90% матчей за месяц, дадим надбавку пять тысяч рублей. И за каждый сухой матч еще по тысяче" – "Ладно, ок".

Мы все подписали, и тренер повел меня смотреть комнату, где я буду жить. Заходим, а там мой друг, который уже закончил. Он лежит после клуба, бухой. Тренер его тормошит: "Федя, ты че?" А он: "Жан Михалыч, дайте поспать". А под кроватью – недопитая бутылка водки.

Тренер так его и не разбудил. Подводит меня к шкафу: "Сюда будешь вещи складывать". Открываю дверцу – и меня просто накрывает пивными бутылками.

Первый месяц там отыграл нормально. Думал, сейчас будет надбавка за 90% матчей и сухари. Пришла зарплата 17400. Из этих денег надо было скинуться на воду, туалетную бумагу, заплатить 13% подоходного налога. Оставалось 15 тысяч. Как-то дали пять тысяч премиальных, но что с ними сделаешь?.

– В "Знамени труда" все игроки бухали или только Федя?

– Один зашитый был, другой, похоже, нафеерил в молодости. Все практически пили. Бывало, уеду с базы в город, а у меня в комнате стоит тележка из супермаркета. На следующий день прихожу – знак дорожный в комнате лежит. Чудаки ночью скидывали с мостов тележки, знаки.

– Чудаки – это игроки?

– Да.